0273. Поездка на пять веков назад. Часть IV

500 лет назад

Прошло шесть лет. В этих краях проезжал, вместе с сопровождающей его свитой, куда входили местные вельможи и вооруженная охрана, визирь и хранитель печати, великий Алишер Навои.Он объезжал кишлаки, знакомился с тем, как живётся людям. И тут слышит визирь, хранитель печати и величайший поэт женский крик:
– Дод! До-о-о-о-од!!!
И странное дело. Казалось бы, крик о помощи, но нет в нём ни страха, ни ужаса. Повернул Алишер Навои коня на крик. Чуть погодя они видят женщину (а это была Узра), которая стояла у порога низенькой двери в дувале, что окружал её скромный домик из пахсы, и кричала, приложив ладонь ко рту:
– Дод! Иди домой скорей! Куда ты потерялся, что ты ноги-руки себе не переломал! Дод! Да чтоб ты не умер, беги домой скорей, я лепёшек напекла!

Отступление третье. Как узбекские матери ругают своих детей

Узбекские женщины настолько же изобретательны в проклятьях, настолько же и осторожны и суеверны. Наши женщины верят в силу слова и, ругая своих детей, боятся навлечь на них беду.
Даже в минуту самого сильного родительского гнева никогда не скажут:  «O’lib ketgur» (Чтоб ты помер). С той же интонацией и с той же страстью они выкрикнут «O’lib ketmagur!» (Чтобы ты не умирал).
Никогда не скажут «Baloga uchragur» (Чтоб с тобой стряслась беда), но скажут «Baloga uchramagur» (Чтоб с тобой не стряслась беда).
Не «Ozingdan qoning kelgur» (Чтоб у тебя кровь горлом пошла), но «Ozingdan qoning kelmagur» (Чтоб у тебя кровь горлом не шла).
Не «Juvonmarg bo’lib ketgur» (Чтоб ты помер молодым), но «Juvonmarg bo’lib ketmagur» (Чтобы ты не умер молодым).
И получается любопытная вещь. С одной стороны, ребенок, по интонации матери чувствует, что его ругают и ругают весьма крепко. Цель достигнута. С другой – ангелы судьбы (что сидя на каждом плече смертного, ведут учёт светлых и тёмных деяний человеческих) записывают это в свои книги учёта как пожелания ребёнку здоровья и долголетия. Что тоже есть хорошо.

500 лет назад

Узра звала сына и приговаривала:
– Дод! Ты где? Да чтоб тебя земля не проглотила, где тебя носит?!
Тут она наконец  заметила группу строго, но богато одетых всадников и юркнула в дверь, откуда чуть погодя вышел дедушка Хурулла, отец Махкама.
Высокий, ширококостный, он сильно сдал за минувшие со дня исчезновения сына годы, но был всё ещё крепок в свои 90 лет. Тут и внук подбежал, обнял пыльными ладошками деда и так, прижавшись к нему, широко распахнутыми глазами дивился коням, всадникам, стражникам, их длинным пикам и круглым щитам.
Обменявшись приветствиями с визирем, Хурулла-бобо пригласил гостей в дом. Навои отправил свиту к местному старосте, а сам вступил в дворик в сопровождении личного писаря.
Они разместились на широкой супе во дворе, под тенью столетнего тутовового дерева. Чайник чая, две горячих плоских лепёшки из темной муки, ляган, полный крупных жемчужин сладкого белого тутовника.
За неспешной беседой, визирь узнал от степенного дедушки Хуруллы и его овдовевшей невестки Узры о том, почему у этого ясноглазого мальчика столь странное имя, о страшной догадке отца и вдовы о том, что случилось той летней ночью шесть лет назад.
Алишер Навои поблагодарил хозяев за угощение и отправился вместе со своим секретарем к дому старосты.

Вскоре стражники стали приводить пред очи визиря тех, кто мог что-то поведать о делах шестилетней давности. Опросили жнецов – помощников Махкама, кто подряжался работать к двум братьям. Вызвали и тех, кто служил в то время на Карабая и Калтабая.
Когда кусочки воспоминаний, рассказанные разными людьми о событиях той страшной ночи, сложились в единую картину, Алишер Навои послал стражников в дома двух богачей.
Времена тогда были суровые. Методы дознания соответствовали духу времени. Короткий и Тёмный скоро во всём признались. Рассказали о том, как им не хотелось выплачивать плату Махкаму, как они ночью убивали спящего богатыря, указали место тайного захоронения.
Времена тогда были суровые. Обоих убийц казнили. На могиле Махкама поставили небольшое, плоского кирпича, надгробие. А землю всю, что принадлежала баям передали вдове Махкама. Визирь распорядился оформить все бумаги на владение землёй на Узру и её сына, Дода.

Вдова же рассудила так. Ни к чему ей столько земли. Оставив себе лишь небольшой земельный надел, необходимый и достаточный для одной семьи, она передала права на землю сельскому сходу. На землях этих был разбит огромный сад. Сад с годами разросся и его стали называть Сад Дода или Бог-Дод.

Вот так и появился между Маргиланом и Кокандом Багдад.

(Окончание читайте завтра, начиная с  пяти утра по ташкентскому времени).

0270. Поездка на пять веков назад. Часть I

0271. Поездка на пять веков назад. Часть II

0272. Поездка на пять веков назад. Часть III

Агентство Новости от Насимова выражает сердечную признательность заслуженному художнику Республики Узбекистан Алишеру Аликулову за его великолепный рисунок-иллюстрацию к настоящему эссе.

© Только с письменного разрешения Агентства Новости от Насимова.
Пишите на info@nasimov.uz

Ферганский цикл:

0246. Виноградная долина
0244. Награждение победителей конкурса
0243. Высоты рекламы.
0242. Рыбу не ели только трое
0241. Газировочка
0240. Камчикский перевал и ода дорожным рабочим
0239. Тангатопди
0233. Продвижение бренда
0232. Притча о скупце
0226. Конкурс! 500 слов – и книга ваша

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *